"Бургомистр. ...И Галилей отрекался! Мюнхгаузен. Поэтому я больше люблю Бруно.." (Тот самый Мюнхгаузен) Бруно не отрекся, и он был счастлив, Галилей променял счастье на видимость оного. И мне тоже больше нравится Джордано Бруно. Так и я, малышка, у меня есть две дорожки: счастье и, возможно, горе; и другая, где только горе... Как ты думаешь, какую я выберу? Минута счастья стоит всей жизни в несчастье. Можно век прожить в горе, если будет та минута, которую ты вспоминаешь.